Иванова Оксана Юрьевна — д. м. н., заведующая кафедрой акушерства и гинекологии
Курск
Kursk
Рубцова Алина Сергеевна — студентка 6-го курса лечебного факультета
Курск
Kursk
Пономарёва Надежда Анатольевна — д. м. н., профессор кафедры акушерства и гинекологии
Курск
Kursk
Никулина Юлия Сергеевна — ассистент кафедры акушерства и гинекологии
Курск
Kursk
Цель. Совершенствование возможностей прогнозирования антенатальной гибели плода путем проведения комплексной оценки клинико-анамнестических, биохимических и морфологических факторов риска.
Дизайн. Ретроспективное когортное исследование.
Материалы и методы. Проанализированы данные 208 историй родов пациенток за 2021-2023 гг. Основную группу составили 155 женщин, беременность у которых осложнилась антенатальной гибелью плода, группу сравнения — 53 пациентки, беременность и роды у которых протекали без осложнений. Учитывались данные семейного, акушерско-гинекологического и соматического анамнезов, результаты первого пренатального скрининга с оценкой функциональной активности трофобласта (в хорионического гонадотропина человека и ассоциированного с беременностью протеина А). Ретроспективно осуществлялась балльная оценка степени перинатального риска (по шкале факторов перинатального риска В.Е. Радзинского и соавт., 2018 г.), согласно которой у пациенток, набравших до 15 баллов, перинатальный риск расценивался как низкий, от 15 до 24 баллов — средний, более 25 баллов — высокий. В послеродовом периоде проводилось морфологическое исследование плаценты с макрои микроскопическим анализом.
Результаты. В группе женщин, беременность которых осложнилась антенатальной гибелью плода, отмечалась комбинация преплацентарных, плацентарных и постплацентарных факторов риска. Согласно данным ROC-анализа, при комбинации социально-демографических, соматических, гинекологических и гравидарных факторов величина перинатального риска, превышающая 9 баллов, увеличивает вероятность антенатальной гибели плода.
Заключение. Анализ клинико-анамнестических данных с последующей комплексной динамической оценкой факторов риска позволит не только выделять группы риска, но и существенно объективизировать прогноз исходов беременности, сроков и методов родоразрешения.
Aim. The aim of the study was improving the possibilities of predicting intrapartum fetal death by conducting a comprehensive assessment of clinical, anamnestic, biochemical and morphological risk factors.
Design. A retrospective cohort study.
Materials and methods. The data of 208 birth histories of patients for 2021-2023 whose pregnancies ended in intrapartum fetal death (155 women — the main group) and 53 histories of patients with uncomplicated pregnancy and childbirth (comparison group) were analyzed. We searched information of family, obstetric-gynecological and somatic anamnesis, the results of the first prenatal screening with an assessment of the functional activity of the trophoblast (в human chorionic gonadotropin and pregnancy-associated plasma protein A). Retrospectively, a point assessment of the degree of perinatal risk was carried out (the scale of perinatal risk factors by V.E. Radzinsky et al., 2018), according to which patients who scored up to 15 points were regarded as belonging to alow degree, from 15 to 24 points — to an average, and above 25 points — to a high degree of perinatal risk). In the postpartum period, a morphological examination of the placenta was performed with macroand microscopic analysis.
Results. In the group of women whose pregnancy was complicated by antenatal fetal death, a combination of preplacental, placental and post-placental risk factors was noted. According to the ROC-curve analysis, with a combination of socio-demographic, somatic, gynecological and gravidary factors, the value of perinatal risk exceeding 9 points increases thelikelihood of antenatal fetal death.
Conclusion. The analysis of clinical and anamnestic data followed by a comprehensive dynamic assessment of risk factors will allow not only the identification of risk groups, but also significantly objectify the prognosis of pregnancy outcomes, timing and methods of delivery.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.